Latest News

дома » Знаменитости, ЖЗЛ » Наш любимый Раймонд Паулс

Наш любимый Раймонд Паулс

Латвийский композитор Раймонд Паулс отмечает свой 80-летний юбилей

Композитор Раймонд Паулс для многих был и остается символом не только хорошей, душевной музыки, но и советской эпохи — так много шлягеров было написано им в те времена, так часто звучали они в эфире и такому огромному количеству людей пришлись по душе.

Сегодняшний день маэстро — работа во славу уже нового государства — Латвии. Здесь он живет и трудится почти постоянно, если не считать времени, которое Раймонд Вольдемарович проводит на гастролях и просто в путешествиях.

Дома, в своей тарелке

В своей тарелке маэстро чувствует себя только дома: зимой — в просторной рижской квартире, в которой до войны жила оперная прима, устраивавшая у себя настоящие балы, а в остальное время года — в усадьбе на Белом озере, ставшей родовым гнездом. Здесь все дышит памятью и о родителях маэстро.

В память об отце он сохранил старую яблоню, которую не дал срубить, хотя ей уже 60 лет и ее перенесли сюда из огородика возле рижского довоенного домика Паулсов. А назвали свое новое родовое гнездо Раймонд и его супруга «Межрозитес» («Лесные розы», «Шиповник» — с лат.). Здесь действительно шиповник когда-то рос во множестве.


Д&И: Раймонд Вольдемарович, расскажите о своем загородном доме…

Р.П.: Еще в 60-е годы один из ведущих партработников Страутман, умный и любящий театр, дал разрешение на то, чтобы мне и трем известным актерам выделили здесь, в так называемой зеленой зоне, по 1200 кв. м. Потом прикупил еще. Раньше здесь было почти болото. У нас ведь один уровень с озером! Домик, где мы беседуем, появился лет 10 назад. А основной построили давно, еще в советское время. Там был старый фундамент.

Правда, перестроили вообще все. Мой друг — архитектор — придумал такой сельский вариант, используя большие камни и дерево, из чего в Латвии испокон веку строили дома в прибрежных районах. А построил все один мастер (хоть и выпивоха) своими руками. Пилой и топором. Я только привозил материалы… Самую большую ценность на сегодня представляет крыша.

Она из натуральной меди. Сейчас вряд ли кто мог бы себе такое позволить. А в советское время мне ее привезли из России, по знакомству. Обошлось недорого. Материал специально использовался для реставрации куполов церквей. Через десятилетия он покрывается патиной, становится зеленым… И печь в доме отделана старинными изразцами..


Д&И: Сами покупаете и сажаете растения в саду?

Р.П.: В основном все сами. Многое покупаю рядом, в питомнике. Вот молодые фруктовые деревья, что вы видите, это уже дочь с мужем посадили. Я вырубил старые деревья. У меня прежде росли желтые сливы (самые вкусные — янтарный сорт). Но сильные морозы не выдерживают.

Вот местный сорт — pure (синие) — куда более жизнестойкие… А вот дуб, когда мы здесь обустраивались, был совсем тоненьким. Хорошо, что не срубили. А второй я сам пересадил, хотя говорят, что дуб не любит пересадки. Но ничего, растет красиво. Но все равно крону надо подрезать. Я купил длинный финский секатор, чтобы форму придать

Сад — его гордость


Д&И: Что составляет гордость вашего сада, кроме, понятно, отцовской яблони?

Р.П.: Пойдемте наверх — и посмотрите (мы забираемся по винтовой лестнице на крышу домика-кабинета Паулса, которая похожа на палубу корабля. — Авт.). Вот она — гордость! (Паулс указывает на прекрасную панораму, которая открывается перед нами. — Авт.).

Этот вид вечером на озеро, когда солнце заходит, а слева золотится купол церкви, — самая большая ценность и есть. Природный ансамбль, который ни за какие деньги не купишь


Д&И: Совсем недавно, примерно год назад, вы отпраздновали свой юбилей.  За эти годы наверняка сложились некие принципы, которые вы пронесли через всю жизнь?

Р.П.: Самое главное — это дисциплина. Если я сказал, что репетиция будет в два часа, то я приду вовремя или раньше. А вот многие молодые имеют наглость опаздывать. Они не понимают, что если выбрал профессию, надо относиться к ней максимально серьезно и с полной отдачей.

Нельзя играть одним пальцем и вполсилы, надо выйти со сцены с мокрой спиной, вложив в свой труд всю душу. Это главный закон сцены и жизни. К счастью, мой труд признан. Почти все, что я когда-то писал, где-то звучит, и я с этого получаю гонорары.

Если мне кто-то говорит, что деньги для него ничего не значат, я к такому человеку отношусь с подозрением: скорее всего, он врет. Деньги нужны для того, чтобы быть независимым от заказов и заказчиков. И делать то, что считаешь нужным. Мне в этом смысле повезло.

 

Около

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: